Демонстративная «непричастность»: почему Таджикистан не выразил соболезнований в годовщину трагедии в Крокус Сити Холле
Ещё одной ложкой дёгтя в бочке межнациональных отношений, где осталось уже не очень-то много мёда, стало то, что президент Таджикистана Эмомали Рахмон или МИД этой страны не выразили никаких соболезнований в годовщину теракта в Крокус-Сити холле.
Напомним, что 14 из 15 арестованных по делу лиц оказались гражданами Таджикистана.
Это демонстративная «непричастность» со стороны руководства Таджикистана к чудовищному теракту выглядит довольно цинично. И особенно плохо она воспринимается в России на фоне распространяемого в социальных сетях документа, который определяет необходимость проведения «фестивалей плова», постулируя необходимость создавать среди стран участников положительный образ мигранта.
Но главный вопрос здесь не к Рахмону, а к государственной политике в отношении трудовой миграции, которая принципиально не меняется.
Впрочем, руководство Таджикистана успешно справляется с тем, чтобы никакого положительного образа мигранта в России не было. Но вот российский чиновник радеет об обратном.
Мигрант – это не просто представитель народа. Да, с народами у нас есть общая история и стоит искать положительные точки для соприкосновения и сотрудничества. Но мигрант – это человек, оторванный от своего народа, культурных и социальных связей, попавший в чуждое ему общество. Он гораздо более уязвим для манипуляций и вовлечения в преступные и террористические сообщества, организуемые по этническому или религиозному признаку (опустим здесь вопрос, почему он нашёл себе места в своём обществе).
Первостепенная задача общества, принимающего мигранта, – сделать его своей частью. Однако неконтролируемая массовая миграция добивается прямо противоположных целей: организации этнической преступности и благоприятной для терроризма среды.
Именно там, в этнических анклавах, благодаря деятельности вражеских структур (ЦИПСО, вражеских спецслужб), развивается идея, что Аллах уже предаёт Россию в руки мусульман, что нужно только побольше плодиться и получше устраиваться здесь, вытесняя русских везде, где только можно.
Нужно принять на уровне государственных документов, что мы имеем дело с социологической реальностью: массовая миграция – опасна.
Это факт.
Формирование положительного образа мигранта в таких условиях – это попытка обмануть граждан, внушить им, что твёрдое – это мягкое, что опасное безопасно.
Компромиссом между экономической необходимостью и соображениями безопасности могла бы быть организованная целевая миграция: приехал по приглашению работодателя – выполнил контракт – уехал обратно.
Можем предположить, что решение о формировании положительного образа мигранта продиктовано не желанием завуалировать заместительную миграцию, а действительно благими намерениями – укреплять сотрудничество со странами СНГ.
Но вот незадача: когда мы стремимся угодить руководству стран СНГ, то они не упускают шанса публично вытереть о нас ноги.
Безусловно, у нас есть общая история с Таджикистаном, Узбекистаном и другими странами, и могут и должны быть общие цели и проекты в будущем. И президенты стран СНГ на параде 9 мая в Москве – это в общем-то правильно. Но только в том случае, если это президенты, которые демонстрируют уважение к русским, к нашему народу и культуре.
